Проект «Собаки дома» (интервью на «Эхе Перми»)

Юрий Бобров:  Первая тема нашего «Разворота» — это совершенно новое явление. критиковать его еще на за что, о нем можно только пока послушать, задуматься, включиться или, наоборот, занять выжидательную позицию, посмотреть, как они – провалятся или чего-то у них получится. Новая зоозащитная Коалиция «Собаки дома».  Настя Сечина, один из организаторов этой Коалиции. И Лариса Лосева, кроме того, что один из закоперщиков Коалиции «Собаки дома», руководитель секции беспородных собак при  центре спортивного собаководства ДОСААФ России. Только что вы публике представили вашу инициативу. Вы ее вынашивали долго. Писали программы, спорили, думали.  Думали, чем вы будете отличаться. Явно вы это думали. Есть зоозащитная просто тусовка в Перми, она разная, кстати. И вы все, по-моему, в нее не сильно-то входили раньше.

Анастасия Сечина: Может быть, в качестве  публичных представителей, может быть, мы, действительно, не были публичны. В этом отличие многих из тех, кто входит в коалицию. Они работают преимущественно, и, может быть, не всегда об этом говорят. Я сразу хочу сказать. Ты представил, как зоозащитную Коалицию. Мы называется Коалиция «За ответственное отношение к животным «Собаки дома». В нашем названии нет слова «зоозащитная». Причина простая: к сожалению, увы, мы  вынуждены признать, что в общественном сознании последнее время  слово «зоозащитный» имеет определенные негативные коннотации.  Это так. Так сложилось. Мы можем рассуждать о том, почему это произошло. И одна из версий -  по какой-то причине последнее время мы постоянно находимся на «качелях», «качелях», которые раскачиваются между двумя полярными полюсами. Первый полярный полюс – да, всех их надо (я имею в виду собак) отловить и подвергнуть эвтаназии…

Юрий Бобров: И крайняя формация этого – догхантеры.

Анастасия Сечина: Да. Вторая сторона этих самых «качелей», вокруг которых…

Юрий Бобров:  Общественное мнение то туда, то обратно.

Анастасия Сечина: …то туда, то обратно – это собака – это нормальный элемент городской экосистемы…

Юрий Бобров: Ну как корова в Индии.

Анастасия Сечина: …мы должны ее принимать, как этот самый элемент экосистемы.  Ты сам прекрасно понимаешь, что когда начинаются «качели» между двумя полярными позициями, то начинается истерия, то повышается напряженность в обществе, потому что это всегда вот так – вверх-вниз, вверх-вниз. При этом посредине – между двумя частями этих  «качелей» образуется совершенно очевидный вакуум. Поскольку позиции не то, чтобы срединной, а позиции «над», позиции взвешенной, позиции конструктивной системы не предоставлял, по-моему, никто.  В данном случае  я могу с уверенностью говорить, что представители Коалиции «За ответственное отношение к животным «Собаки дома» — это люди реализованные профессиональным образом, личным образом и так далее,  и тому подобное. У нас нет цели реализовываться на теме собачьей.

Евгения Романова:  Коалиция – как хобби.

Анастасия Сечина: Нет, это ни в коем случае не хобби. Но это хорошая качественная гражданская позиция.

Юрий Бобров: Лариса, мне, как пермяку, объясните, пожалуйста, чего вы хотите сформулировать, чего вы хотите попытаться сделать? В чем, в итоге, должно стать лучше мне, как горожанину, жить вместе с животными, около животных? Что можно сделать?

Евгения Романова:  Денис по ICQ пишет: «Какой смысл вашей организации? Что будете делать? Какими вопросами будете заниматься?»

Анастасия Сечина: Маленькая, крошечная ремарка, прежде, чем передать слово Ларисе. Мы не НКО. Это техническая такая формальность. Общественное движение, в которое входят представители самых разных уже существующих организаций.

Юрий Бобров:  Но без синей печати.

Анастасия Сечина: Она есть у некоторых людей, которые представляют разные организации ?????? (неразборчиво).

Лариса Лосева: Я в  этой теме уже больше 3-х лет. И опыт работы мне подсказал, что  что-то идет не так, неправильно, потому что есть заинтересованность со стороны администрации, есть огромное количество заинтересованных людей, которые тоже в этой теме, которые работают и тратят очень много времени, сил. И я вижу интерес и сочувствие со стороны большого количества населения, которые тоже  готовы помогать решению этой проблемы.  А решений нет.

Юрий Бобров: Проблемы в чем?

Лариса Лосева: Проблемы безнадзорных животных.

Анастасия Сечина: Все банально, Юра, проблема безнадзорных животных. Это действительно так.

Юрий Бобров: Просто кто-то считает, что это не проблема. Просто это животные, ну безнадзорные, но они ведь тут, около человека.

Лариса Лосева:  Нет, это проблема. Наша Коалиция и называется «Собаки дома», потому что наша позиция, что собаки должны быть дома. Это домашнее животное, которое испокон веков живет рядом с человеком, но другой вопрос, что человек должен нести ответственность за собак, которые живут рядом с нами. Мы считаем, что неправильная позиция, что они должны жить как часть экосистемы сами по себе, сами размножаться, сами куда-то деваться или откуда-то приходить,

Юрий Бобров: Понятно,  логично. Из названия очень классно – основная  ваша цель, получается, в названии скрыта.  Это здорово. Это удобно. Собака дома, все понятно.  То есть не надо говорить о том, что популяция их будет всегда, пока есть кормовая база, и с этим не надо бороться, просто надо, может быть, чуть-чуть стерилизовать, чтобы их не было больше. Я в этой теме тоже немножко кое-что знаю. С зоозащитниками пермскими я знаком уже много лет. Во многом их критикуют, кстати, в очень многом, в очень многих позициях. И поэтому, мне кажется, когда появляется новая общественная организация, это как новая религия или как новая политическая партия. У  вас либо на весь спектр жизни либо на одну проблему,  но есть примерно какие-то свои согласованные ответы, то есть эту проблему будем решать через это, эту – через это. Итак, таким более менее блицем, численность беспризорных животных регулируется тремя направлениями: отстрелом, стерилизацией, либо  работой с кормовой базой – свалки, помойки, сердобольные бабушки .

Анастасия Сечина:  Отстрелом, конечно,  она не решается, во всяком случае, официально.

Юрий Бобров: Что из трех?

Анастасия Сечина: Как раз суть заключается в том, что ничто из трех. И мы более, чем убеждены, что не существует единого рецепта, не существует одной ниточки, потянув за которую ты вытянешь все. Нет ее. Именно поэтому у нас есть документ, который у вас на столе лежит. Вы можете его посмотреть, вдумчиво почитать, по-моему, это очень увлекательное чтиво.  Это та самая программа, которую мы создали. Ее создавали шесть человек плюс юрист центра «ГРАНИ», которая представляет собой наш взгляд, каким образом должна решаться проблема безнадзорных животных. И там нет одного  решения, это комплексная программа. Там 8 направлений, могу сказать про каждое.

Юрий Бобров: Сейчас все чиновники так ответили бы, потому что когда ты скажешь что-то однозначное, выберешь что-то главное, то тебя тут же начинают критиковать по тому – а вот этот, вот этот ход, вот этот инструмент. Все-таки что главное?

Лариса Лосева: Я скажу то, что я вижу главным.  Я считаю, что у нас очень отстает просветительская деятельность. Мы людей не учим грамотному отношению к животным. Вся беда в том, что большинство людей, кто любит собак, кто держит собак, причем, всю свою жизнь держат, не знает прописных истин, простых, и живут во власти мифов: о стерилизации, о чипировании, о том, откуда собаки берутся на улицах. Например, очень многие считают, что на улицах они берутся от бездомных собак. Часть – да, но опыт показывает, и статистика, что…

Анастасия Сечина: От 80-90 процентов собак, живущих на улице, их потомство погибает.  А основной источник пополнения популяции безнадзорных собак – это именно потомство домашних животных.

Юрий Бобров: Ушедшие от хозяев, так или иначе.

Анастасия Сечина: ушедшие от хозяев тем или иным образом.

Лариса Лосева: И не ушедших. Сплошь и рядом мы знаем, что отдаются животные непонятно, кому в руки. В добрые руки, будем так говорить, а куда они дальше попадают из этих добрых рук,  никто не знает. Потому что животное – это, прежде всего, ответственность.

Юрий Бобров: Хорошо ответственность – предлагаются штрафы, предлагаются  опять же паспорта животных. Куда нужно ?????? (неразборчиво) город?

Анастасия Сечина: Мы делим наше представление о том, как это все должно быть, на две части. Первая часть – работа со следствием, которая ведется сейчас. Работа со следствием ведется, и это единственное, что делается. Муниципальные приюты, отлов, эвтаназия — это всё работа со следствием. Мы можем долго, ещё десятилетия продолжать работать  со следствием…

Юрий Бобров: Ну как и стерилизация бездомных.

Анастасия Сечина: …держать более менее ситуацию стабильной, но кардинально не продвигаться в решении проблемы. Мы считаем, что необходимо смещать фокус. Мы считаем, что фокус необходимо смещать  на причину — появление собак. Причина появления собак  простая — безответственность человека. Чтобы работать с этой причиной, мы предлагаем несколько направлений.

Юрий Бобров: По пунктам.

Анастасия Сечина: Первое – регистрация животных.  Регистрация животных означает закрепление каждого конкретного человека за конкретной собакой. Регистрация животных -  мы считаем наиболее цивилизованным оптимальным решением для этой регистрации животных чипирование собаки с жетоном на шее.

Юрий Бобров: Чтобы можно было читать электронным образом  и глазами просто.

Анастасия Сечина: И глазами, да. Второе – контроль разведения и раздач.   То, о чем мы сказали – разведение. Большая часть собак, которые рождаются от собак бездомных погибает на улице.  Большая часть собак, которые рождаются от собак домашних,  остается жить. Что дальше с ними происходит? Простой пример. Человек из добрых побуждений берет свое потомство и сдает его перекупщикам. Вы все знаете, кто такие перекупщики? Люди, которые принимают от населения собак за 100, 200, 300 рублей.

Юрий Бобров: То есть я должен завести паспорт на свою собаку. У меня у собаки родилось 5 щенят, я должен сообщить куда-то, что у меня их пять. Я отдал первого Иванову, второго Петрову…

Евгения Романова: Для чего? Чтобы спросить  потом  с этого человека?

Анастасия Сечина:  На самом деле, друзья мои, с разведением история простая. Есть определенные категории, которые могут разводиться, и существуют законы, в том числе, в России на региональных уровнях, это определенные категории собак. Для всех остальных в законе прописана простая фраза: «Хозяин обязан принимать меры по предотвращению размножения своего животного». Обязан. То есть, если он не принял, он нарушил закон.

Юрий Бобров: То есть нельзя, чтобы домашняя собака, домашнее животное…

Анастасия Сечина: Если она не попадает в определенную категорию, для которой разрешено размножение.

Юрий Бобров: Лариса, кроме вашего участия в Коалиции «Собаки дома», вы руководитель секции беспородных собак.   Я так понимаю, что как раз, когда мы говорим о том, которым вообще нельзя разводиться, это беспородным-то точно нельзя. Так ведь?

Лариса Лосева: Да. Мы занимаемся популяризацией беспородной собаки и предлагаем людям брать животных из приютов,  уже готовых животных.

Юрий Бобров: С точки зрения закона, беспородные щенки должны появляться чудом, потому что по закону им нельзя появляться. На свободе, на улице они, скорее всего, погибнут, а дома, у хозяев они не должны по закону появляться вообще.  Надо стерилизовать домашних животных.

Лариса Лосева: Гипотетически так.

Анастасия Сечина: Ты прекрасно понимаешь, что …

Юрий Бобров: Чудес у нас много, страна у нас чудесная.

Евгения Романова: Денис спрашивает: «Как собираетесь с безнадзорными стаями бороться?»

Анастасия Сечина: Я уже скала, что уже десятилетия боремся со следствием, и че-то от этого ничего лучше не становится. Мы прекрасно понимаем, что у нас у всех: и у нас,   и у власти стоит  категорически сложная задача — держать в голове параллельно две повестки. Первая повестка — стратегическая. Это как раз работа с причиной, и здесь: просветительская работа, регистрация животных, контроль разведения и раздач, ограничение кормовой базы. И вторая часть работы — это работа со следствием. Ни одну из этих повесток мы не имеем права упускать. То есть мы должны работать по обоим фронтам.

Юрий Бобров: Нет, это они не имеют право упускать, они — чиновники. вы ведь имеете. вы же на свой страх и  риск свои силы, свое время…

Анастасия Сечина: Вот мы для себя и решили, что мы не имеем. Поэтому работа со следствием, безусловно, прописана тоже в нашей программе. Работа со следствием – это эффективная работа  приютов,  работа муниципальной службы  отлова и такой процесс, как эвтаназия животных.

Юрий Бобров: В чем отличие ваше от существующих, я имею в виду, в плане, скорее, подходов, отношений, позиций?

Анастасия Сечина: Есть несколько предложений, которые мы формулируем, можно очень долго  говорить, эфира на это не хватит. Есть сайт sobakidoma.ru, на котором можно всю эту позицию прочитать.

Юрий Бобров: По-русски надо написать?

Анастасия Сечина: Нет, по-английски. Можно привести несколько примеров. Например, что касается отлова. У нас есть такая проблема, что работа службы отлова выстроена по принципу наименьшего сопротивления, когда приезжает бригада и отлавливает в первую очередь тех, кто, по большому счету, не составляет большой проблемы для населения. Она отлавливает щенков, которые, скорее всего, и сами умрут, она отлавливает социализированных животных...

Юрий Бобров: Пуделечков.

Анастасия Сечина: …которые, возможно, находятся под опекой.

Юрий Бобров: Ути-ути, собачка, и она подошла.

Анастасия Сечина: И она подошла. Она социализирована. На улице между тем, остаются агрессивные кобели, нестерилизованные беременные суки, и с этой категорией работа не ведется. Одно из наших предложений – дифференцированная оплата за отлов. Если отловлена определенная собака, та, которая представляет реальную угрозу, и является основной частью проблемы, то за эту собаку ловец получает большие деньги. Одно из конкретных предложений. Я могу много раз повторять о том, что наш подход комплексный, системный, только нам не хватит времени…

Юрий Бобров: Да-да-да, и тут продолжается – паспортами не решишь огромный вопрос с кормовыми базами. Нет, вопрос с кормовыми базами решается не паспортами.

Анастасия Сечина:  Одними паспортами не решишь.

Евгения Романова: Ведь многие думают: ну пусть бедненькие собачки покормятся, и бачки не закрываются, открывают бомжи, к которым люди относятся так же, как к собакам.

Анастасия Сечина:  То есть тут у нас возникает вопрос про опекунов.

Юрий Бобров: На самом деле работа приюта, как таковая, уже ведется вашими коллегами.  Я так понимаю, что она имеет особенности свои. Вот тут, может быть, о подходах каких-то. Есть какая-то разница здесь?

Анастасия Сечина: По поводу организации работы приютов. Во-первых, у нас есть определенные предложения и определенное видение того, как нам кажется, должен работать приют муниципальный. У нас есть определенные мысли по этому поводу. Опять же, там должен быть дифференцированный подход. Есть вторая история- это  работа частных приютов. Нам кажется важным обеспечить копирование успешного опыта работы частных приютов.

Юрий Бобров: Лариса, основные отличия?

Евгения Романова: Что такое частный приют и чем отличается от муниципального?

Лариса Лосева: Цели и задачи изначально разные. Муниципальный приют преследует цель – оградить людей от собак, то есть защищает людей, а  частный приют защищает собак от людей. как правило, частные приюты создаются от жестокого  отношения, пострадавшим животным помочь, принять, оказать какую-то помощь.  И здесь фокусы смещаются в разные стороны. Другой вопрос, что есть грамотный подход и есть не очень грамотный подход. У нас, например, успешный опыт в центре реабилитации для собак, попавших в беду, «Островок надежды». Там всех животных, однозначно всех вакцинируют, стерилизуют, и животное выдается уже готовое, даже социализированное.

Юрий Бобров: Сколько у нас сегодня выражений прозвучало.

Анастасия Сечина: «Готовое животное». А ты не смейся. Например, если говорить о собаках из приюта, то, приводя в пример какую-нибудь европейскую страну, например. Словению, в Словении собака из приюта популярна, потому что…

Юрий Бобров: Проверена, вылечена.

Анастасия Сечина: …проверена, вылечена, вакцинирована, чипирована, стерилизована. У тебя готовое животное уже, по большому счету, социализированное.

Евгения Романова: Программу, такой талмуд написанный, вы показывали властям? Вы ходили, где-то общались?

Анастасия Сечина: Да. Эта программа презентована непосредственно начальнику муниципального управления экологии и природопользования Антонине Галановой. Эта программа попала в руки главы города Анатолия Маховикова, который после этого пригласил нас на встречу. Встреча состоялась на прошедшей неделе.

Евгения Романова:  О чем договорились?

Анастасия Сечина: Его интересовал вопрос: что мы за такое движение? По всей видимости,  он увидел конструктив в наших предложениях, и он, по большому счету, выразил готовность  дальше с нами работать. На прошлой неделе было отдано распоряжение сформировать патронажный совет, воссоздать, может быть, патронажный совет с более представительным участием различных зоозащитных организаций. И этот патронажный совет будет  каналом связи, я надеюсь, что он будет каналом нормальной, качественной прямой связи с администрацией, по которой мы сможем транслировать эту самую позицию, и так или иначе, пошагово воплощать ее в жизнь. Кроме того, пошагово мы хотим ее воплощать через краевую программу решения проблемы безнадзорных животных. У нас есть концепция этой программы. Сейчас она в первом чтении принята, но там много чего еще надо делать. Собственно, поправки туда тоже могут подать.

Юрий Бобров: Зоозащитный митинг в Перми завтра. Это о чем? Принимаете  ли вы в нем участие?

Анастасия Сечина:  Это не наша инициатива, это инициатива другой зоозащитной общественности. Мы в нем участие не принимаем. Мы тоже не очень хорошо владеем информацией, о чем там будет идти речь. мы только знаем, что официально заявляется митинг против коммерческого отлова.  Но по нашей информации, кроме того, там будет требоваться также отставка определенных людей, занимающих посты, связанные с собачьей темой. Мы не принимаем в этом участие осознанно, мы не считаем, что отставка людей, находящихся сейчас на заведомо неблагодарных должностях…

Юрий Бобров: Если вам захочется дать денег, это можно  сделать через сайт?

Анастасия Сечина: Нам не надо денег.

Юрий Бобров: Им даже денег не надо, они не «иностранные агенты».

Источник